Собор 1917 года. Не только восстановление патриаршества

 

Александр Мраморнов, кандидат исторических наук

Все лекции цикла можно посмотреть здесь.

Большинство наших современников, которые знают о Поместном Соборе 1917–1918 годов, сразу говорят о том, что этот тот Собор, который восстановил в Русской Церкви патриаршество и после двухсотлетнего перерыва избрал патриархом святителя, митрополита Московского Тихона. Это действительно так, но мне бы хотелось внести в эту общепринятую формулировку некоторое дополнение.

Я бы хотел сказать, что Собор 1917–1918 годов – это не только Собор, восстановивший патриаршество, это великий Собор, который попытался, и во многом преуспел в этом, урегулировать все сферы жизни Русской Церкви, все сферы жизни русского церковного общества. И, наверное, избрание патриарха было главным деянием только первой сессии Собора, продолжавшейся с августа по начало декабря 1917 года.

Кроме того, даже в эту первую сессию Собор много чего успел. Если не принимать во внимание различные организационные вопросы, малозначимые в исторической перспективе, такие, как: чтение приветствий или устройство работы самого Собора, можно сказать о том, что Собор четко и исторически и богословски уверенно сформулировал принципы правового положения Церкви в государстве. Было много различных нюансов и граней, которые Собор не хотел переходить в ту или иную сторону, не желая склонять чашу весов либо на сторону полной независимости Церкви, либо на сторону подчинения Церкви государству. И здесь Собор фактически выработал модель не византийской симфонии, а современного союза Церкви и государства, действительно правового положения Церкви, но в правовом государстве. Наверное, главным заблуждением членов Собора в этой сфере было то, что соборяне рассчитывали на то, что в итоге Россия станет правовым государством, где закон будет стоять на первом месте и определять основные общественные течения. Но эта надежда, конечно, относится только к первой сессии Собора, потому что затем – с приходом к власти большевиков и развертыванием их антирелигиозной политики – эта надежда активно рушилась и сам отдел о правовом положении Церкви в государстве фактически прекратил действовать во вторую и третью сессии.

Но во вторую и третью сессии было сделано очень много полезного в рамках внутреннего устройства Церкви. Не буду останавливаться на таких достаточно известных сюжетах, как реформа епархиального управления, тем более что мы уже говорили об этом отдельно, реформа прихода. Но такая, казалось бы, редкая сфера церковного регулирования, как церковное хозяйство. Собор провел колоссальную работу по определению принципов функционирования хозяйства Церкви, начиная от приходов и заканчивая высшим церковным управлением. Может быть, сейчас об этом знают немногие, но именно на Соборе возникла идея создания церковного банка, который должен был действовать на всей канонической территории Православной Российской Церкви. С таким предложением выступили некоторые члены Собора, и отдел о церковном и имущественном хозяйстве подробно рассматривал данный вопрос, результатом чего стала выработка положения о церковном банке.

Церковный банк, по мысли членов Собора, должен был быть учрежден в виде акционерного общества и функционировать при высшем церковном управлении. Собственно, Церковь должна была быть главным учредителем и акционером этого банка. Как было записано в самом первом положении о банке: церковный банк имеет целью финансирование церковных предприятий, учреждений и отдельных лиц, нуждающихся в оборотных средствах. И другой целью церковного банка декларировалось помещение церковными учреждениями и лицами свободных сумм как для хранения, так и для приращения их процентами. То есть мы видим, что задача процентного роста решалась этим банком, но при этом банк должен был быть внутрицерковным: главной его целью все-таки была помощь церковным учреждениям, церковным лицам. И после дополнительного рассмотрения это положение было в определенной степени скорректировано, в частности было указано, что такую финансовую организацию неправильно называть банком, лучше назвать ее союзом. В результате члены Собора скорректировали устав и уже приняли устав, или положение, о Всероссийском церковном кредитном союзе приходов и церковных учреждений. Наверное, этот очень важный документ, состоявший из более чем 60 параграфов, стал интереснейшим итогом работы Собора в области хозяйства.

Думаю, что в том виде, в котором это положение сохранилось в архиве, в котором оно будет опубликовано в составе научного издания документов Священного Собора, в наши дни оно, конечно, не может быть использовано. Но сама идея, сама задача учреждения подлинно церковного банка никуда не делась, она, на мой взгляд, весьма актуальна, и наработки Поместного Собора во всех пунктах, где они не противоречат современности, конечно, должны быть использованы.

Соборяне в 1917–1918 году были теми людьми, которые от всей души старались о благе Церкви, и это благо, в том числе в материально-хозяйственной сфере, для деятелей Церкви должно быть превыше всего. Думаю, что в этом они могут служить нам примером, а те интереснейшие документы, которые они выработали, отчасти и планом будущей работы.