Как Церковь относится к психологии?


Борис Братусь, профессор МГУ

Все лекции цикла можно посмотреть здесь

 

Ну, начнем по праву с самого распространенного – это некий такой скептицизм и отрицание в отношении к христианской психологии. Он бывает самого разного вида, но если взять крайний случай, то вообще причем здесь психология? Достаточно вполне нам аскетики, достаточно вполне нам богословских дисциплин, нравственного богословия и поэтому психология – это что-то странное и подозрительное. Более того, в ней заложено что-то отрицательное и даже такое сатанинское. В современных храмах, особенно где-нибудь в провинциях, вы вполне можете увидеть объявление, на котором написано, что церковные свечи экстрасенсам, колдунам и психотерапевтам не продаются. Психология, она как бы относится к чему-то такому, что близко к колдовству, близко к гаданию и так далее. Это конечно крайняя точка зрения.

Скорее можно найти другие позиции, но тоже отрицающие. Я слышал от одного священника, который подробно говорил о том, что Господь вручил человеку все материальное – все, что связано с телом, все, что связано с машинами, техникой и так далее. Пожалуйста, изучайте, пожалуйста, стройте гипотезы, науки и так далее. А вот все, что касается души – этого трогать нельзя, совершенно нельзя трогать. А психология как бы лезет в душу, поэтому это наука совершенно отрицательная и даже богопротивная.

Есть и другие точки зрения, не буду на них останавливаться. Главное, это то, что согласно этим точкам зрения психология и церковность, психология и христианство – это вещи, которые надо разводить по разным углам и вообще они никак не соединимы.

Теперь другая позиция, позиция принимающая. Здесь тоже самые разные мнения и тоже некий простор в изложениях. Начнем, скажем, с такого принятия осторожного, которое очень распространено, принятия с оговоркой. Скажем, не так давно мы беседовали по этому поводу с одним замечательным владыкой, мы – это я, мои замечательные коллеги, Федор Ефимович Василюк – известный профессор психологии и христианской психологии, академик Слободчиков Виктор Иванович. Вот мы беседовали и в частности речь зашла о том, что надо бы делать такие центры психотерапии, центры помощи верующим людям и тем, кто находится около Церкви. Владыка стал интересоваться и сказал: «Ну, хорошо, психологи. А у вас есть какие-нибудь священники?» — мы сказали: «Конечно же, у нас есть священники, у нас есть священники, которые окончили факультет психологии, прекрасные психологи и мы их обязательно будем привлекать, и они и так привлекаются». И тогда владыка как-то так поморщился и сказал: «А, скажите, у вас нормальные священники есть?» Это такое отношение, как то, к чему нужно обязательно приставить нормального священника, то есть никак не психолога, который будет надзирать, который будет смотреть, поправлять и так далее. Это такое очень острожное-скептическое отношение.

Ну и на другом конце наоборот есть и священники, и миряне, которые относятся к психологии с очень большим таким, я бы сказал, восторгом и энтузиазмом. И достаточно часто они знакомятся с какой-то методикой, одной методикой и им кажется, что эта методика, этот подход вообще заменит все на свете, вплоть до духовных бесед и всячески стараются внедрить это в среду прихожан. И здесь конечно бывает очень много ошибочного и грустного, потому что методики разные, они приходят из разных оснований, нельзя их брать отдельно от их теории и так далее, и так далее. И на самом деле такое увлечение может принести только пользу, потому что рано, или поздно наступит некоторое разочарование, вопросы относительно какой-нибудь методики расстановки, или гештальт психологии и поэтому это тоже, так сказать, принятие, требующее некоторой коррекции.